remmargana: (Default)
Продолжение "Симулякры и симуляция" Ж. Бодияра.

              Диснейленд — прекрасная модель для всех запутанных порядков симулякров. Это прежде всего игра иллюзии и воображения: Пираты, Пограничная территория, Мир будущего и тому подобное. Этот воображаемый мир, как считают, должен обеспечить успех действа. Но намного больше толпу привлекает, без сомнения, социальный микрокосм, религиозное, миниатюризированное наслаждение от реальной Америки, ее тягот и радостей. Вы паркуетесь снаружи, стоите в очередях внутри, и все это вас полностью покидает, как только вы вышли. Единая фантасмагория в этом воображаемом мире — это фантасмагория нежности и тепла присущего толпе, и фантасмагория достаточного и избыточного количества игрушек, способных удерживать толпу в состоянии аффекта. Контраст с абсолютным одиночеством автостоянки - истинного концентрационного лагеря - является полным. Или скорее так: внутри — целая гамма игрушек, которые, как магниты разделяют толпу на направленные потоки, снаружи одиночество, направленное к одной игрушке — автомобилю. По невероятной случайности (что без сомнения, является следствием магии, присущей этому миру) этот быстрозамороженный детский мир, как оказывается, был задуман и воплощен в жизнь человеком, который сам находится сегодня в замороженном состоянии: Волтером Диснеем, который ждет своего воскрешения при температуре, ниже 180 градусов Цельсия.
Read more... )
remmargana: (Default)
Фрагмент книги "Симулякры и симуляция" Жана Бодрияра, решил перевести на русский. Пока лишь фрагмент.

Этнология прикоснулась к своей парадоксальной смерти в тот день 1971 года, когда правительство Филлипин решило вернуть к первозданности, туда, где до них не доберутся колонны, туристы и этнологи, несколько десятков тасадаев, которых незадолго до этого нашли в дебрях джунглей, где они прожили восемь веков без связи с остальным человечеством. Это было сделано по инициативе самих антропологов, которые видели, как при контакте с ними туземцы немедленно «рассыпались», словно мумия на свежем воздухе.
Для того чтобы жила этнология, необходимо чтобы умер ее предмет, который умирая, мстит за то, что его «открыли», и своей смертью бросает вызов науке, которая пытается овладеть им.
Разве не живет любая наука на этом парадоксальном склоне, на который ее обрекает исчезновение ее предмета в самом его восприятии, и безжалостная реверсия, которую она получает со стороны мертвого предмета? Подобно Орфею, она постоянно оборачивается слишком рано, и подобно тому, как это было с Эвридикой, ее предмет снова низвергается в Ад.
Именно от этого адского парадокса хотели уберечь себя этнологи, снова создавая возле тасадаев границу безопасности в виде девственного леса. Никто более не будет их беспокоить: месторождение перестанет функционировать как шахта. Наука теряет на этом целый капитал, но предмет остается неповрежденным, потерянным для нее, но нетронутым в своей «девственности». Речь идет не про жертву (наука никогда не жертвует, она всегда смертоносна), а про симулируемую жертву ее предмета с целью спасения ее принципа реальности. Тасадай, замороженный в своей природной естественности, будет служить ей абсолютным алиби, вечным залогом. Тут берет свое начало бесконечная антиэтнология, разнообразными свидетельствами которой являются Жолен, Кастанеда, Клястр. Как бы там ни было, но логическая эволюция науки состоит во все большем удалении от своего предмета, пока она не начинает обходиться без него: ее самостоятельность становится от этого еще более фантастической, она достигает своей чистой формы.Симулякрить дальше )

Profile

remmargana: (Default)
remmargana

March 2014

S M T W T F S
      1
2 345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 02:00 pm
Powered by Dreamwidth Studios